February 23rd, 2013

О возобновляемых источниках энергии.

Гарантируемые государством цены выше рыночных. Соответственно, энергетическим компаниям, закупающим «зелёное электричество», разрешено перекладывать возникающие дополнительные расходы на потребителей, которым приходится платить за электроэнергию определенную наценку. Абсурдность ситуации в том, что бурный рост возобновляемой энергетики ведёт к неуклонному увеличению этой наценки, т.к. субсидируемого «зелёного электричества» становится всё больше. Так, например, за прошлый год наценка возросла сразу на 50%.

При этом закон освободил от обязанности платить наценку предприятия с наиболее энергоёмкими производствами, которые поставляют продукцию на мировой рынок, что, в свою очередь, только увеличивает финансовую нагрузку на население, которое начинает возмущаться неуклонно дорожающей электроэнергией. Понятно, что германскому правительству в год выборов подобные настроения не нужны, и как следствие, оно ищет способ, как хотя бы частично распространить наценку и на предприятия, ориентированные на экспорт.

Именно это и недопустимо, считают аналитики из IW. Как отметил в беседе с DW Хубертус Бард, изучающий в Институте немецкой экономики проблемы экологии, энергетики и природных ресурсов, цены на электричество в Германии и так выше, чем в других промышленно развитых странах. К примеру, если в Германии энергоёмкие предприятия платят сейчас за один киловатт-час 6 евроцентов, то их конкуренты в Северной Америке - всего лишь от 3 до 4 евроцентов:

-- Пока фирмы кое-как справляются с ситуацией. Но если добавятся еще два цента, то некоторым компаниям придется просто бороться за выживание.

Выводы лежат на поверхности.  Ясно же, если стоимость энергии более чем в два раза выше, то ничего хорошего не получится. Если начать копать глубже, выяснится, что и экологии лучше не становится. Тысячи гектаров, занятых солнечными батареями это не есть хорошо. А сколько требуется  дополнительно произвести аккумуляторов и  всякой электроники выбросив в окружающую среду отходы гораздо более вредные, чем от сжигания того же газа?

Новая конкуренция

Оригинал взят у andrey_davydov в Новая конкуренция

«Итак, начало 90-х. Планетарная карта остается без такого обозначения, как СССР. Радость и воодушевление царит в мировых столицах победившей демократии, — пишет Алексей Володин на сайте «Военного обозрения». — Однако за всем этим шумом не были уловлены зачатки весьма странного процесса. Процесс этот выражается в том, что однополярный мир с каждым днем своего существования стал отдаляться от глобальной социальной конкуренции».

Конкуренция всегда считалась главным козырем капиталистической системы. Ее значение признавалось и в СССР, но попытки заменить ее суррогатом социалистического соревнования нивелировались глубоко ущербной политикой уравниловки. В результате вместо среднего класса хорошо обеспеченных высококвалифицированных рабочих, передовиков производства, новаторов и рационализаторов мы получили питательную почву для будущих капиталистов из расхитителей социалистической собственности, цеховиков и фарцовщиков, вроде Березовского. И еще удивляемся, почему у нас такие отвратительные предприниматели. Что выросло, то выросло. Потому и конкуренция в этой среде была сродни животному миру — они буквально грызли друг другу глотки.

Впрочем, это лишь небольшое «лирическое» отступление. Главного значения конкуренции не понимали ни у нас, ни на Западе. Речь о конкуренции мировых систем.
ПОДРОБНЕЕ



http://www.nvgazeta.ru/viewpoint/

К Дню Советской Армии

Константин Симонов

Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины,
Как шли бесконечные, злые дожди,
Как кринки несли нам усталые женщины,
Прижав, как детей, от дождя их к груди,

Как слезы они вытирали украдкою,
Как вслед нам шептали:- Господь вас спаси!-
И снова себя называли солдатками,
Как встарь повелось на великой Руси.

Слезами измеренный чаще, чем верстами,
Шел тракт, на пригорках скрываясь из глаз:
Деревни, деревни, деревни с погостами,
Как будто на них вся Россия сошлась,

Как будто за каждою русской околицей,
Крестом своих рук ограждая живых,
Всем миром сойдясь, наши прадеды молятся
За в бога не верящих внуков своих.

Ты знаешь, наверное, все-таки Родина -
Не дом городской, где я празднично жил,
А эти проселки, что дедами пройдены,
С простыми крестами их русских могил.

Не знаю, как ты, а меня с деревенскою
Дорожной тоской от села до села,
Со вдовьей слезою и с песнею женскою
Впервые война на проселках свела.

Ты помнишь, Алеша: изба под Борисовом,
По мертвому плачущий девичий крик,
Седая старуха в салопчике плисовом,
Весь в белом, как на смерть одетый, старик.

Ну что им сказать, чем утешить могли мы их?
Но, горе поняв своим бабьим чутьем,
Ты помнишь, старуха сказала:- Родимые,
Покуда идите, мы вас подождем.

"Мы вас подождем!"- говорили нам пажити.
"Мы вас подождем!"- говорили леса.
Ты знаешь, Алеша, ночами мне кажется,
Что следом за мной их идут голоса.

По русским обычаям, только пожарища
На русской земле раскидав позади,
На наших глазах умирали товарищи,
По-русски рубаху рванув на груди.

Нас пули с тобою пока еще милуют.
Но, трижды поверив, что жизнь уже вся,
Я все-таки горд был за самую милую,
За горькую землю, где я родился,

За то, что на ней умереть мне завещано,
Что русская мать нас на свет родила,
Что, в бой провожая нас, русская женщина
По-русски три раза меня обняла.